Новости } Посьетский размер

Бухта Экспедиции - это одна их самых южных бухт Амурского залива в Хасанском районе Приморья. Отгороженная от залива с одной стороны полуостровом Краббе, а с другой - косой Чурхадо, она почти закрыта, что вселяло надежду на то, что остатки льда в ней не унесло в Японское море. Ну а о том, насколько лед пригоден для того, чтобы на него выйти, судить можно будет только на месте.
С такими мыслями, обогнув Амурский залив, по Корейскому полуострову мы ехали в направлении самого южного в Приморье приграничного поселка Хасан. А за окнами, вселяя тревогу, мелькали вскрывшиеся реки и озера безо льда. Как не торопились, на вечерний клев все равно не успели. Хорошо, хоть на лед успели посмотреть. Большая льдина плавала у берега на подъезде к Посьету, упираясь в мыс Тироль. По прибытии в поселок, который лишь случайно не стал столицей и главным портом Приморья, нас «взбодрила» хозяйка, у которой мы остановились. Сама рыбачка, Любовь Лукинична поделилась между делом, что за пару крайних выходов на лед принесла домой  двадцать и двенадцать килограммов корюшки. Услышав о таком беспределе, мужики насупились и про себя решили, раз уж женщина смогла, то уж мы-то…
А утром мы в раздумье стояли на берегу. Между ним и льдиной с сидевшими на ней одиночными рыбаками было не менее пятнадцати метров открытой воды.  Возможно, для кого-то,  где-то это было бы непреодолимым препятствием, а здесь оказалось, что до льдины по мелководью вполне можно дойти и выйти на нее в заброднях. А в некоторых местах даже в болотных сапогах. Что и сделали, разумеется, соблюдая меры безопасности. 
Пятнадцатисантиметровой толщины лед  был еще схвачен ночным морозцем. С собой была веревка на случай спасения «купальщиков» и резиновая лодка для экстренной эвакуации. Ходить по этому льду было хотя и страшновато, но все-таки возможно. Немного смущали места с большим количеством вмерзших в лед водорослей, в которых толщина и состояние льда были непредсказуемы. Забурились, опустили снасти, и  вскоре на льду запрыгали первые серебристые рыбки. Не корюшка- зубатка, которой в ближайших к Владивостоку районах почти не осталось, а писоч, как называют ее местные. Мелкая корюшка, размер которой от десяти до пятнадцати сантиметров. Ловили на махалки, как называют здесь снасть, оснащенную узенькими двухсантиметровыми блеснами, и на самоловы, представляющие собой снасточку с несколькими мелкими крючками на коротких поводках в виде мизерных мормышек с цветными пластиковыми головками. По моим меркам, хотя и неспешный, но клев был и можно было ловить. Но Андрей с Димой решили искать корюшку, клюющую правильно, в других местах. Оставив не пожелавшему сдвигаться с места Жене лодку, выбираемся на берег и переезжаем на другой берег бухты. А в ней - темно-синие тающие и торосящиеся об мысы льдины, много открытой воды и черно от пролетных уток. В общем, виды самые что ни на есть весенние, не совсем подходящие для наших намерений. По пути осматриваем одну из льдин, прижатую ветром к берегу, но лед оказывается слишком тонким. В итоге поиски вознаграждаются. За селом Маячное нашли таки лед, на который можно было выйти. Зацепившийся за каменную косу припой за мысом Андреева  был достаточно толст и вроде как не собирался в плаванье. Перепрыгнув через трещину с открытой водой, пошли по льду все менее и менее решительным шагом искать заветную корюшку. По всем предпосылкам и опыту приморских рыболовов, сейчас было вроде как самое время песчанке сконцентрироваться под стоящими у берегов льдинами. Здесь нередки случаи, когда наловленную корюшку после весенней подледной рыбалки загружают в ящики специально приспособленными для этих целей совками. Пока я ждал своей очереди воспользоваться ледобуром да выбирал место, где по моим прикидкам расположиться будет безопаснее, Дима и Вованыч предались откровенному беспределу. В две руки, одну за другой они стряхивали с блесенок своих махалок  на мокрый лед корюшку. И только настроившись, я решил так же оторваться по-полной, как клев у них прекратился. Кончился совсем, и теперь уже они осуждающе посматривали в мою сторону, когда я умудрился неспешно выудить с десяток рыбок.
Рискуя сухостью штанов, продвинувшись вдоль льдины, поменяли место. И опять история повторилась один в один. Когда же мы с Димой уже посматривали, как бы безопаснее забраться да забуриться ближе к внешнему краю льдины, Вованыч пристально посмотрел в сторону берега и пошел искать пути отхода. Вернувшись, он спокойно сообщил, что если мы не снимемся с льдины сейчас, то расширяющуюся трещину нам придется преодолевать вплавь. Можно бы и вплавь, но лодка осталась с Женей. Быстренько снялись, перепрыгнули через трещину с одной качающейся льдины на другую и отправились восвояси.
По возвращении к Посьету увидели большую льдину, с которой мы пытались рыбачить утром, плавающей чуть не по середине залива. Жени на ней не было. Там же, где мы его оставили, была и вовсе открытая вода без намека на лед. Женю обнаружили на берегу сидящим на уже собранной резиновой лодке. Ему таки пришлось ее надувать и перебираться на берег вплавь. На вопрос же, было ли в наше отсутствие здесь что-либо похожее на приличный клев, Женя отрицательно помахал головой и, раздвинув лениво большой и указательный палец руки, уныло произнес: «Посьетский размер».
Теперь искать лед отправились в бухту Троицы. Или Бойсмана, тут я немного теряюсь. На подъездах к бухте встретили коллег по несчастью. Джип ребят был полностью залит-залеплен грязью. Как внутри, так и снаружи. Видимо, выбираясь в горку, они открывали окна, чтобы смотреть, как и куда поставить колеса своего движущегося средства. Спустившись утром по подмороженному ночью склону сопки, мужики не приняли во внимание, что склон этот на солнечной стороне и что к полудню обязательно «потечет». Так или иначе, они выбрались и, как говорят, неплохо половили. А это значит, что и у нас есть еще шанс половить по-настоящему.
Для спуска к бухте выбрали другую дорогу. Соответственно и место было не то, откуда выбирались встретившиеся нам рыболовы. Льдина оказалась достаточно прочной, ветер к берегу, но с активным клевом нам и здесь не повезло. То мелкая навага, то штучная корюшка, а то и вовсе страшилище — морской ерш. Пока решали, куда податься в поисках рыбы, Дима заглянул в лунку и констатировал, что мы плывем. Посмотрев в свою лунку, и я заметил, что точки на песчаном дне смещаются на запад, то есть к берегу. Это значило, что льдина плывет от него. Быстро собрались и успели выйти вброд с неправильной, отплывающей от берега против ветра льдины. На том рыбалку близ  Посьета закончили.
По возвращении в поселок нас ждала Любовь Лукинична, но похвастать нам было нечем. Говорила посьетская рыбачка, что хороший клев начинается с рассвета и что удерживать косяк корюшки надо, щедро прикармливая крилем. Ладно, хоть наловили, чтобы пожарить да вволю поесть самим. Хороша свежая песчанка с пышущей жаром сковороды!
В планах на следующий день у нас был переезд в бухту Песчаная с намерением поймать загадочного «Обаму». Так приморские рыболовы называют черную камбалу. Ночью мне снились белоснежные льдины в синих бухтах, уходящие вдаль берега, и еще неведомый мне, с выпученными бусинками глаз таинственный «Обама». Завтра будет другая, новая для меня рыбалка. И это здорово.